Белая гвардия

№7 (1006) от 21 февраля 2017 г.

Вологда. Главные железнодорожные мастерские. | C открытки изд. Е. Тарутиной

Бывшие офицеры армии адмирала Колчака, в середине 20-х годов прошлого века вставшие во главе самого крупного предприятия города — Вологодского вагоноремонтного завода, — сдали на лом 40 паровозов на ходу и больше 2 тысяч вагонов, практически разорив предприятие.

Расследование этого громкого дела впервые в истории Вологды вели не только чекисты, но и… журналисты газеты «Красный Север».


Свои люди — сочтемся

«Группа инженеров» — так называли их между собой рабочие ВРЗ, хотя никакого инженерного образования у Эдмунда Пентсона, новоиспеченного директора завода, поляка по происхождению, конечно, не было. Зато были связи в Москве, и связи серьезные.

Главным покровителем Пентсона выступал титулованный граф Александр О’Рурк, прямой потомок ирландского короля Артура, занимавший в 20-е годы прошлого века пост заместителя начальника Ленинградского округа путей сообщения и главного инспектора Северо-Западного районного комитета.

Кстати, позже О’Рурк оставит после себя обширное литературное наследие: 41 книгу по эксплуатации железных дорог и транспорта, по истории техники. Кроме всего прочего, в 1926 году именно им была издана первая в России «Железнодорожная энциклопедия».


Ключевые должности

В 1906 году были построены Главные железнодорожные мастерские Северной железной дороги. В те же годы было завершено строительство железнодорожной ветки, связавшей Вологду с Петербургом и Вяткой, и наш город превратился (и остается по сей день) одним из крупнейших железнодорожных узлов Северо-Запада. В 1926 году Эдмунд Пентсон и был назначен директором этого стратегически важного предприятия.

На тот момент в мастерских трудилось порядка двух тысяч человек. Каково же было их удивление, когда новый начальник привез и расставил на ключевые должности семерых бывших белогвардейских офицеров армии Колчака. «Дворяне, — презрительно кривились рабочие. — Они общаются только меж собой. Никого в свой круг не пускают».

Новую волну возмущения вызвал и приезд небезызвестного польского ксендза Иосифа Юзвика на свадьбу к одной из дочерей «инженеров». Вскоре после этой свадьбы, в августе 1928 года, Юзвик был арестован по обвинению в шпионаже в пользу Польши, Франции и Италии и сослан на Соловки на десять лет.


«Ломовые» контракты

Тем временем показатели лучшего предприятия города стремительно падали. Рабочие подмечали странные вещи.

Сначала директор зачем-то потратил все государственные деньги на покупку силовой установки «Феникс» у петербургского завода «Большевик». Машина была старой, списанной, проработала (рабочие подсчитали) ровно 398 часов — немногим более 16 месяцев — при регулярных ремонтах.

Затем вологодские мастерские заключили сделку с немецкой фирмой по производству станков. Закупили, привезли, а станки… не подошли. Так и стояло новое оборудование невостребованным.

«Мы молчали, когда надежные подвески на тележках к вагонам фирмы «Фетте» меняли на новые — некачественные, тоже немецкие, но по 120 рублей за штуку, — говорили рабочие. — Тогда как ремонт «Фетте» стоит всего 10 рублей!»

Позже чекисты изъяли у руководства завода переписку с немецкой фирмой-поставщиком, где была оговорена стоимость немецкой марки в рублях, намного превышающая банковский курс, но слова «откат» следователи ОГПУ тогда не знали…


Выполненный план

А в 1930 году выяснилось, что из мастерских пропало… 40 паровозов весом в 350 тонн и почти 2 тысячи вагонов. (Для сравнения: на сегодняшний день весь парк Вологодского отделения, крупнейшего на Северо-Западе, насчитывает порядка 350 локомотивов).

По документам, они были разрезаны на металлолом и сданы в Рудметаллторг, которым управлял на тот момент Наркомат внешней торговли СССР. Молодая страна нуждалась в иностранной валюте, а во главе наркоматов стояли чиновники, отправлявшие лом в Германию и получавшие доход не только с премиальных за выполненный план.

Вологодские рабочие, видя, что паровозы на ходу режут на лом, молчали. Молчали и тогда, когда стало ясно, что при средней зарплате по России в 1929 году в 60 рублей на оплату труда бухгалтерских служащих было потрачено больше 3 тысяч!

По итогам 1929 года ремонтные мастерские показали минус 100% рентабельности предприятия, но в руководстве железных дорог словно бы не замечали ни потраченных неизвестно на что кредитных средств в размере 323 и 712 рублей, взятых под 16% годовых, ни того, что вагоны стоят в ремонте не 40, а все 70 суток, и от этого количество оплаченных человеко-часов только увеличивается.

Выделялись и средства на изобретения: 5 тысяч рублей лично Пентсону за плавильную печь, которую действительно собрали, но работать она не могла. Такие же суммы получили «на изобретения» и другие приближенные директора. Вологодский завод поглощал государственные деньги тысячами, не выдавая при этом результат.


Отшельники

Когда руководство завода объявило рабочим, что отныне за не сданный вовремя железный инвентарь вводятся штрафы, люди взбунтовались и пришли в газету «Красный Север».

Журналист Куликов, взявшийся отстоять права рабочих, разразился целым многостраничным расследованием, в котором подробно описал и пропажу паровозов, и закупку дорогостоящего, но ненужного оборудования и прочие факты, которые впоследствии легли в основу уголовного дела о вредительстве.

В 1930 году проверку в мастерских вели уже сотрудники Вологодского ОГПУ. Все руководство завода было задержано, в квартирах проведены обыски. Однако… никаких ценностей в них не нашли.

«Странные вещи увидел я, о чем спешу доложить, — пишет в своем рапорте в 1930 году старший уполномоченный ОГПУ. — Я увидел словно жилище «отшельника», но не рабочего человека. Кровать представляет из себя неструганые доски, брошенные на крашеные козлы, придавленные сверху мешком сена, на котором положено спать, а лампа — не лампа и лучина. Пожалуй, есть несколько книг — вот и все имущество».


След в истории

Приговором суда Эдмунд Пентсон, а также его ближайший соратник и заместитель Матеуш Райло были приговорены к пяти годам концлагеря каждый. Остальные участники судебного процесса получили условное наказание.

Следы их теряются в истории. «Премьер» не обнаружил ни Пентсона, ни Райло ни в «расстрельных списках» времен массовых репрессий в 1937-1938 годы, ни в списках живых. И только одно упоминание хранят архивы УФСБ по Вологодской области — запрос от наших соседей, датированный 1953 годом, в котором дело о «группе инженеров» надлежало отправить в Ярославль для ознакомления, так как родной брат одного из осужденных устраивался на работу в КГБ.

Юлия Лаврова

Автор благодарит за помощь в подготовке материала из цикла к 100-летию органов государственной безопасности пресс-службу Вологодского УФСБ России.


В тему

В 1935 году мастерские были переименованы в Вологодский паровозовагоноремонтный завод.

Постановлением Совета Министров РСФСР от 22 сентября 1976 года, в честь 70-летия предприятия, паровозовагоноремонтный завод переименован в вагоноремонтный завод имени М.И. Калинина.

В 2007 году в связи с проведением структурных реформ в железнодорожной отрасли завод из филиала ОАО «РЖД» преобразован в открытое акционерное общество, являющееся дочерним по отношению к ОАО «РЖД» предприятием.

12
0
Похожие статьи
  • 23 февраля' 16 |

    Послевоенная Вологда стала приютом для нашего прославленного земляка — генерал-майора Николая Москвина.

    13
    0
  • 20 сентября' 16 | Неизвестная Вологда

    Известный адвокат нашел в Вологде дом, где в начале прошлого века жил и торговал маслом датский писатель Оге Маделунг.

    12
    0
  • 28 февраля' 17 | Громкое дело

    Осенью 1977 года областная столица жила в страхе. Каждый житель города знал: в Вологде без вести пропадают юные девушки. Фамилия убийцы стала именем нарицательным, и до сих пор ее произносят с ужасом: «САХАРОВ».

    362
    0